Не поминай имя Азраила!

11.02.2014



Новая Газета

Продолжение дискуссии, начатой режиссером Марком Захаровым

 

24 января в № 7 «Новая» опубликовала статью Марка Захарова «Влечение к цензуре». Знаменитый режиссер и общественный деятель обобщает скандалы последних месяцев: выходки «казачества» и анонимных моралистов против театра Льва Додина и спектаклей Зимнего фестиваля в Санкт-Петербурге, эксцесс неудержимо православного Дмитрия Энтео на спектакле МХТ «Идеальный муж», запрет на показ документального фильма о Pussy Riot в Гоголь-центре. Во всем этом Марк Захаров видит новые, уже почти системные, тревожные изменения общественного климата.

 

В статье Марк Захаров обратился к председателю Союза театральных деятелей РФ А.А. Калягину с предложением «организовать хотя бы круглый стол для обсуждения новой ситуации в сфере российского репертуарного театра».

 

Сегодня свой взгляд на проблему в «Новой газете» высказывает Александр КАЛЯГИН:

 

— Уважаемый Марк Анатольевич, «ваши взоры, обращенные к вождю», я, естественно, заметил — ценю и люблю ваш фирменный ироничный стиль. А теперь вполне серьезно обращаюсь к Вам как мэтру отечественного театра, учителю, умнейшему человеку, чьи высказывания не могут остаться незамеченными.

 

Я понимаю Ваши опасения и разделяю их. Инцидент с угрозами в адрес Додина и эта выходка со свиными головами отвратительны, и я убежден, что мы должны добиться того, чтобы виновные были наказаны. Совершенно согласен с Вами, что меры необходимо принимать «незамедлительно, иначе будет поздно». Но я уверен, что роль «верховного цензора» этим бандитам никто не поручал, они сами присвоили себе такое право, и, судя по всему, они еще и трусы, которые, теперь испугавшись, отказываются от того, что совершали эти акты вандализма. Если «влечение к цензуре» Вы наблюдаете только у этих «отморозков», то я думаю, что бороться с ними можно и нужно силами правоохранительных органов. Пусть их судят за хулиганство, нельзя эти действия вниманием прессы и общества «оформлять» в протестную акцию. Не дай бог, и они почувствуют себя праведными борцами за некие, только им понятные идеалы.

 

Ну а если говорить о цензуре всерьез, то я уверен, что сегодня цензуры в прямом смысле, как государственного рычага управления культурой, в России нет. Цензура была и до революции, справедливости ради надо отметить, что не только печально памятный нам Бенкендорф был цензором, но цензорами были Гончаров и Тютчев. Цензура существовала при советской власти, и мы все были и свидетелями, и жертвами ее издевательств. Но сегодня Конституция запрещает цензуру в стране.

 

Письмо С.А. Капкова Кириллу Серебренникову, запрещающее показать фильм о Pussy Riot, даже при всем моем страхе перед действительно цензурой я не могу назвать шагом, возвращающим нас в прошлое. В то прошлое, которое хорошо знакомо мне и тем более знакомо Вам, и не просто знакомо, а прожито, прочувствовано, пережито. Может быть, Вы правы, запрещать не следовало, но, с другой стороны, это не частный театр Серебренникова, а театр, существующий на государственные деньги, на деньги налогоплательщиков. Среди которых есть и такие, которые категорически осудили действия этих, как Вы говорите, «на первый взгляд милых девушек». Кстати, если Вы видели и другие сюжеты, сыгранные этими «милыми девушками», то, думаю, даже при всей ироничности тона, назвать их «милыми» трудно. Вы верно говорите, что теперь у них «обнаружится обязательный сдвиг в мозгах, и они ощутят позывы к героическому существованию», — так зачем же демонстрацией фильма и дальше поощрять «сдвиг в мозгах» не только у этих «узниц совести», но и у всех вокруг. И я опять же согласен с Вами, что, не оказавшись они в исправительной колонии, такого шума бы вокруг не возникло. Хочу сказать, что, как и Вы, я к Кириллу Серебренникову отношусь с симпатией, считаю его человеком способным, имеющим свою позицию в искусстве.

 

Простите, но проявлением цензуры я не могу назвать и появление на сцене неких людей во время спектакля «Идеальный муж» Константина Богомолова. Я думаю, что они как раз из группы людей с неуравновешенной психикой, из тех 12—13 процентов, о которых рассказывал Ваш знакомый опытный медик. Они неадекватно выразили свой протест против скандального протестного спектакля Богомолова, который, заметьте, никто не запретил. А скандальность этого сценического произведения была запрограммирована и разрекламирована самим режиссером, и выходка этих людей только подогрела к нему интерес. Признаюсь, что злые языки на этот счет шутили, что лучшей пиар-акции придумать было бы трудно. Точно также все побежали смотреть «Братьев Карамазовых», когда появилась информация о том, что спектакль могут закрыть. Но, слава богу, он идет, и мы еще успеем его посмотреть.

 

Кстати, должен Вам сказать, что после каждой церемонии вручения премии «Гвоздь сезона», которую делает Богомолов, начинаются разговоры о том, что это в последний раз, что Союз театральных деятелей больше его к церемонии не допустит. Но уже в течение нескольких лет мы приглашаем именно его, он сам сочиняет и ведет церемонию, потому что делает это он лихо, талантливо, смешно и, если быть честным, еще и зло — достается всем. Но это же капустник, и он должен быть таким. В марте у нас состоится очередная церемония вручения премии «Гвоздь сезона», уверен, будет весело, приходите. Надеюсь, что казаки к нам не пожалуют.

 

Когда я снимался в Баку, помню, как местные жители часто повторяли: «Не поминай имя Азраила, он появится». Азраил — это кто-то вроде посланника смерти. Давайте не поминать цензуру, она может появиться. Не надо провоцировать, ведь может возникнуть ситуация, когда не власть, а общество потребует возрождения цензуры. И она появится, причем в самом своем жутком проявлении: в виде той самой карательной цензуры, от которой мы все страдали в советские времена.

 

И последнее, что мне хотелось Вам сказать. Не считаете ли Вы, что нам самим тоже неплохо бы подумать о некоем внутритеатральном кодексе этики, морали, нравственности, хотя можно назвать и по-другому этот свод негласных правил, которым мы обязались бы следовать. Собственно говоря, речь идет о том, чтобы мы сами для себя провели черту, которая бы отделила территорию искусства от дилетантизма, любительщины, пошлости. Мне кажется, что художники стали жить по логике игроков, как политики и бизнесмены, а значит, главная цель — переиграть всех остальных. Чтобы выиграть, все средства хороши. И незаметно мы начинаем приносить в жертву самое важное — свой талант, свой замысел, свою идею. Быть в тренде, стать брендом — вот главная задача. Чтобы заметили, узнали, запомнили, а какой ценой, уже не важно.

 

«Как провести границу между прекрасным и отвратительным» — задавался этим вопросом К.С. Станиславский, а ведь кто может провести эту границу, кроме нас самих:  цензоров вроде Тютчева или Гончарова у нас нет, но могут возникнуть совсем другие.

 

Дорогой Марк Анатольевич! Встретиться с Вами за круглым столом я всегда рад, буду счастлив видеть и своего любимого Льва Абрамовича Додина, и многих других, и людей молодого поколения, тех же Серебренникова и Богомолова… Давайте встречаться!

 

С огромным уважением Александр Калягин — Ваш ученик заочного отделения, а еще друг и коллега, но никак не вождь — вождя я играл только на сцене.

Источник: http://www.novayagazeta.ru/arts/62075.html

Юбилей Александра Гельмана

Вчера, 29 октября в ТЦ «На Страстном» было, как всегда, многолюдно и торжественно. Было много народных артистов, режиссеров, политических деятелей, зрителей, друзей и коллег, которые собрались

#Новости

Гоголь вернулся в Италию

По просьбе "Театрала" Александр Калягин написал очерк о римских гастролях.

#Et Cetera
#Статьи Калягина
#Новости

Памяти Николая Караченцова

Мы потеряли Николая Караченцова. Блистательного артиста фантастического актерского обаяния, человеческого обаяния, наконец, мужского обаяния.

#Новости